Поезд, на котором мы объежаем Байкал, останавливается у тоннеля. Нас приглашают выйти из поезда, посмотреть на тоннель, словно бы сработанный "еще рабами Рима" - так мощно, прочно уложены его камни. Но строили его - местные, сибиряки, еще в 1904 году.

Фотографирую его арку, и повернувшись, через видоискатель вижу стоящую на насыпи Ирину Поволоцкую - жену Олега Чухонцева, прекрасную писательницу, а в прошлом - кинорежиссера. А на заднем плане, далеко на горе, над головой Ирины, с правой стороны, видна маленькая дощатая церковь. Висит над нею, словно бабочка или душа.

Я крикнув ей: "Ира! Стойте, не двигайтесь!", - бегу к ней поближе, рискуя сломать ноги. Бегу довольно долго, глядя в видоискатель, не выпуская этот кадр. Все это время Ирина спокойно стоит, глядя на меня, не двигаясь, словно бы зная, что сейчас совершается что-то главное - искусство совершается, вот что! Подбегаю и щелкаю: уф, кадр есть! Получился. В поезде показываю фотографию Ирине, и она как-то молнееносно взглянув, отворачивается к окну и долго смотрит вдаль.

Я недоуменно отхожу. Думаю, наверное, она не увидела церковь, парящую над ней. Не оценила кадр.

Потом, через несколько дней сидим с ней в застолье. Я спрашиваю, увидела ли она на фотографии на заднем плане церковь? Она кивает, да. Я понимаю, что она этим своим молнееносным режиссерским взглядом все-все увидела, разглядела и оценила. Что кадр получился и чего же тут рассусолевать?